Лингвотек – гарантия качественного перевода

        В зависимости от цели и темы высказывания говорящий или пишущий выбирает из лексической системы русского языка нужные ему слова. Например, в официально-деловом документе и в письме близкому человеку на одну и ту же тему будут использованы разные слова. Подобное явление обусловлено так называемым функционально-стилевым расслоением русской лексики, то есть наличием в ней таких лексических единиц, выбор которых зависит от их предполагаемой роли в процессе реализации одной из функций языка: общения, сообщения или воздействия. 
        Функцию общения выполняют, как правило, слова разговорного стиля в его устной форме проявления, функцию сообщения и воздействия— слова одного из книжных стилей: официально-делового, научного, газетно-публицистического, причем преимущественно в письменной форме их проявления. Эти функции выполняют также разнообразные стили художественной литературы. 
        Выявление функционально-стилевой принадлежности слова, как правило, бывает тесно связано с определением его экспрессивной роли, то есть выразительности его эмоциональных свойств и других особенностей, которые в целом нередко называются стилистической окраской слова, то есть его экспрессив¬но-стилистическим содержанием. 
        Эмоционально-экспрессивная окраска, особая оценочность по-разному выражается в словах русского.языка. Во-первых, она создается особыми словообразовательными средствами — приставками, суффиксами, повтором однокоренных слов и так далее: ругать — выругать; нос —носик, носище. Этот способ — один из продуктивных в русском языке. 
        Во-вторых, она присуща самой семантике отдельных слов и соответственно объективирована (закреплена в современных толковых словарях). Например, книжное слово абракадабра — это не просто «набор непонятных слов», а еще и «бессмысленный набор непонятных слов»; позер — это не просто «человек, который принимает ту или иную позу», а еще и «старающийся произнести впечатление своим поведением, внешностью». Здесь также стоит обратить внимание на эмоциональную окраску слов взяточничество, кляча, лиходей, лихоимство, мешанина, подхалим, приспешник и другие.

        В-третьих, стилистическая окраска может входить как элемент и общую семантическую структуру слова (наряду с его основной, предметно-логической соотнесенностью). Подобное наблюдается в словах, обозначающих чувства (любить, жалеть, ненавидеть), переживания (горевать, радоваться, волноваться), признаки и качества (отличный, хороший, вкусный, горький). Однако в данном случае мы имеем дело не с собственно семантическими явлениями, так как чувства, переживания, качества исконно присущи самим предметам, действиям, признакам и, соответственно, сложившимся понятиям о них. Эти понятия и не могли быть названы иначе. Тем не менее, такие слова тоже используются   для придания   речи    эмоциональной   окрашенности. 
        Во многих словах эмоционально-экспрессивная окраска помогает четче определить их стилевую принадлежность. Например, отрицательно-неодобрительная оценка, заключенная в значении слов горлопан, дармоед, каналья, прихвостень, хлюст и другие информирует и об отнесенности слов к бытовому просторечию (одной из групп разговорных стилей речи). Эмоционально-экспрессивная сущность торжественно-высоких слов ваятель, вдохновитель, воин, единомышленник и подобных сообщает нам об их принадлежности к книжному стилю. 
        Стилевая отнесенность и стилистическая характеристика окажутся более убедительными, если будут рассмотрены в сопоставлении со словами, не закрепленными за каким-либо определенным стилем и вне контекста лишенными особой эмоциональной окраски, одинаково свободно используемыми во всех стилях речи.