Т.А. ШИШКИНА К вопросу об устойчивости номинативных моделей

Т. А. Шишкина

К ВОПРОСУ ОБ УСТОЙЧИВОСТИ НОМИНАТИВНЫХ МОДЕЛЕЙ НА ТЕРРИТОРИИ ВТОРИЧНЫХ ГОВОРОВ

(Наука. Университет. 2003. Материалы Третьей научной конференции преподавателейи студентов. - Новосибирск, 2002. - С. 148-151)

Вопрос об устойчивости номинативных моделей является актуальным в связи срешением достаточно широкого круга проблем современной русистики: способы исредства отражения в языке национального сознания, языковой картины личности,причины и пределы вариативности языковой системы, полное описание диалектныхязыковых подсистем и пр.

Номинативная модель рассматривается автором исследования как модель, образец,аккумулирующий в своих пределах выделяемый признак именуемого объекта (ИО) -мотив, способ интерпретации признака именующим субъектом - непосредственныйили опосредованный, способ формального воплощения идеального содержания в номинативнуюединицу.

Устойчивость (неизменяемость во времени) номинативных моделей, по которымсоздаются наименования конкретных предметов, обусловлена рядом факторов: наличиемнеизменяемых онтологических признаков ИО и субъекта номинации, устойчивостьютрадиции в использовании ИО, типичностью выделяемого признака для определенногокласса лексики. Вариативность номинативной модели возникает за счет вариативностисловообразовательных средств, используемых для создания той или иной тематическойили лексико-семантической группы слов.

Автором работы было предпринято исследование номинативных моделей тематическойгруппы "Растения" (наименования трав, деревьев/кустарников, злаков, овощей,ягод, грибов) на территории вторичных сибирских говоров. Цель исследования -установить, насколько распространены в современных сибирских говорах моделинаименований, отмеченные в памятниках письменности этого региона (летописях)XVII - первой половины XVIII вв.

Сибирская лексика объектом исследования избрана не случайно: русские говорыэтой территории были сформированы в результате интеграции разнодиалектных основевропейской Руси, а также под влиянием языков славянских переселенцев и аборигенныхязыков Сибири. Использование русского языка как языка межнационального общения,формирование сибирского диалекта привело к значительным изменениям исходныхлексических систем (А.И. Федоров). В целом номинативная подсистема сибирскихговоров в области конкретных предметов оказалась более простой по сравнениюс русскими диалектами Европы. Территория вторичных говоров с точки зрения измененийв номинативных моделях представляет больший интерес: именно на этой территориипри взаимодействии разных языковых традиций могли появиться новые модели, однииз древних моделей закрепиться, другие исчезнуть.

Материалом исследования послужили производные русские фитонимы, взятые сплошнойвыборкой из "Словаря русской народно-диалектной речи в Сибири XVII - первойполовины XVIII в." (Сост. Л.Г. Панин. Новосибирск, 1991). В результате анализанаименований был выявлен ряд моделей, установлено наличие тождественных моделейи частотность их распространения в сибирских диалектах XIX-XX вв. по Словарюрусских народных говоров (тт. 1-32. М.-Л., 1965-1998.), Толковому словарю живоговеликорусского языка В.И. Даля, современным сибирским диалектным словарям, изданнымдо 2000 г.

Анализ 50 производных фитонимов позволил выделить 16 номинативных моделей.

Модели характеризующего (отражающего онтологические признаки) принципаноминации:

1. Наименования по морфологической части, совокупности по составляющей единице:БЕРЕЗНИК (Тюм., 1990, Тобол., 1657-1658), ИВНЯГО (Нерчин., 1671), КАРАГАЛЬНИК(Прииртыш., 1654-1657), ЛИПНЯГ (Тобол., 1683), ЛИПНЯК (Нерчин., 1671), ЛИСВНЯГ(Верхотур.,1665), ЛИСТВЯГ (Илим., 1703), ЛИСТВЕНИШНИК (Верхотур., 1665), ЛИСТВЯК(Илим.,1733), ОСОКОРНИК (Верхотур.,1665, Нерчин., 1671), СОСНЯГ (Тюм., 1699),СОСНЯГО (Нерчин., 1671), ТАВОЛОЖНИК (Тобол., 1657-1658), ЧЕРЕМОШНИК (Тобол.,1657- 1658, Илим., 1733), ТАЛЬНИК , ОСИННИК, Кедровник, пихтовник ольховник,ельник, сосна (Илим., 1733).

2. Наименования по окраске ИО или его составной части непосредственно: ЗЕЛЕНЬ-несозревшие всходы хлебов (озимых).( Томск., 1636), ВОРОНЕЦ (Якут., 1674), БРОНЕЦЧЕРНЫЙ, БРОНЕЦ КРАСНЫЙ, ДЕВЕТИЛЬНИК БЕЛЫЙ (Якут., 1674), КРАСНЫЙ ЛЕС - сосновыйи лиственный лес.(Нарым.,1643), ТЕМНЫЙ ЛЕС - хвойный лес.(Енис., 1676, Илим.,1675).

3. Наименования по форме опосредованно по части тела с уточняющим признакомпринадлежности: ЗВЕРИНЫЙ ЯЗЫК (Якут., 1674), КОРОВЕЙ ЯЗЫК (Тобол., 1739), ПЕТУШКОВЫПАЛЬЦЫ (Якут.,1674).

4. Наименования по форме опосредованно по предмету, растению с отличительнымпризнаком места произрастания: ГРУШИЦЫ ЗЕМЛЯНЫЕ - земляные орехи, СВЕЧКИ ЗЕМЛЯНЫЕ(Якут., 1674).

5. Наименование по признаку состояния/возраста: ДИКИЙ ЛЕС - старый, глухойлес. (Тобол., 1683).

6. Наименование по признаку запаха: ДУШИЦА - наименование травы.(Тобол.,1739, Якут., 1674).

7. Наименование по комплексу признаков опосредованно по предмету: ПРОСВИРКИ(Якут., 1674).

Модели функционального (отражающего использование ИО) принципа номинации:

8,9. Наименования по действию на ИО непосредственно и опосредованно по продукту:ЖНИТВО - хлеб на корню. (Кузнецк., XVII в.), БОРЩ, БОРШ (Тобол., 1742, Томск.,1636).

10. Наименования по действию ИО: БЫЛИЕ - трава, растения. (Илим., 1636).

11, 12. Наименование по объекту воздействия ИО непосредственно - части тела,имени собственному: ГОРЛИЦА - наименование травы, МАРЬИН КОРЕНЬ - пион.(Якут.,1674).

13. Наименование по объекту воздействия ИО опосредованно по количеству объектов:ДЕВЕТИЛЬНИК (Тобол., 1739).

14. Наименование по месту происхождения: ГРЕЧУХА - гречиха. (Илим., 1743)

15. Наименование по месту произрастания непосредственно или опосредованнопо действию на место: ПАХОТА - хлеб на корню. (Тобол., 1640; пахота - "пахотнаяземля ". Тобол., 1716).

16. Наименования по времени сева непосредственно по признаку времени: ЯРИЦА- яровой хлеб. (Тобол., 1666., Чаусск., 1747., Илим., 1722).

Сопоставление номинативных моделей XVII- первой половины XVIII века с моделямиXIX-XX века показало, что судьба указанных моделей может быть различной. Так,модель 1 (БЕРЕЗНИК), будучи продуктивной в XVII-XVIII вв. в наименованиях лесовпо основной породе деревьев, их составляющих, сохраняет продуктивность в сибирскихи европейских говорах и в XIX-XX вв.: в сибирских говорах - 11,7 % от анализируемыхнаименований, зафиксированных в сибирских говорах; в европейских - 10,7% отанализируемых наименований, зафиксированных в европейских говорах. Модель сохраняетпродуктивность при образовании наименований деревьев в сибирских говорах: 2,8% при 0,4% в наименованиях трав, 0,98% в наименованиях ягод, 0,1% в наименованияховощей и т.д. То же справедливо и по отношению к модели 6 (ДУШИЦА). Модель 2(ЗЕЛЕНЬ) в XVII-XVIII вв. отмечена в наименованиях трав, злаков и деревьев.В XIX-XX вв. зафиксирована высокая продуктивность модели в тематических подгруппахтравянистых растений и деревьев: 2,4% в наименованиях трав, 1,6% в именованияхдеревьев и кустарников при 1% в наименованиях грибов, 0,7% - ягод, 0,3% - злаков,овощей. Интересным является факт бо/льшей продуктивности мотива "по окраске"в тематических подгруппах "Деревья/кустарники" и "Злаки" в сибирских говорахпо сравнению с европейскими: 1,8% в сибирских, 0 ,5% в европейских говорах внаименованиях деревьев / кустарников, 0,3% в сибирских, 0,09% в европейскихговорах в наименованиях злаковых. По модели 7 (ПРОСВИРКИ) в XVII в. отмеченоименование только травянистого растения. В XIX-XX вв. модель отмечается в именованияхдругих растительных объектов: 1,1% в наименованиях трав при 0,1 % в названияхгрибов, 0,07 в названиях деревьев и кустарников. Модели 4 (ГРУШИЦЫ ЗЕМЛЯНЫЕ)и 3 (ЗВЕРИНЫЙ ЯЗЫК) в XIX-XX вв. сохранили частотность в подгруппе травянистыхрастений. Но модель 3 в сибирских говорах менее продуктивна, чем в европейских:0,27% в сибирских при 0,64% в европейских, а модель 4 в сибирских говорах вXIX-XX вв. не отмечена.

Результаты анализа номинативных моделей фитонимов позволяют сделать следующиевыводы:

Номинативные модели, отмеченные в сибирских летописях XVII - первой половиныXYIII в., практически все сохранились и зафиксированы в речи диалектоносителейXIX-XX вв. в пределах тех же тематических подгрупп. Устойчивости номинативныхмоделей способствует сохранение языковых традиции в номинации, последние жеотражают специфику национального мышления и мировидения, отражают сохраняемыенародом культурные традиции в использовании биофактов.

Большая часть моделей в пределах определенной тематической группы сохранилапродуктивность. При этом продуктивность модели чаще сохраняется при именованиипо характеризующему признаку, а не по функциональному. Единичные модели в диалектнойречи XIX-XX столетия не отмечены. Как предполагается, они являются кальками,и употребление их уже в XVII- XVIII вв. было ограничено.

Яндекс.Директ

Лингвотек – гарантия качественного перевода

> Т.А. ШИШКИНА К вопросу об устойчивости номинативных моделей