Письменность майя. Общая характеристика

Ю.В. Кнорозов

НЕИЗВЕСТНЫЕ ТЕКСТЫ

(Забытые системы письма. - М., 1982. - С. 3-10)

После появления речи, ставшей основным способом передачи сообщений, возниклапотребность особой разновидности зрительной сигнализации, фиксирующей сообщенияна каком-либо материале для отсутствующего адресата. Передача сообщения о ситуациидостигалась путем копирования того, что видит (и воображает) наблюдатель. Адресат,наблюдая копию ситуации, получает о ней приблизительно такое же представление,как индуктор-наблюдатель. Каждая ситуация может быть описана неопределеннымколичеством фраз.

При копировании чаще всего применялась контурная проекция на плоскость. Приэтом исключались объекты, не имеющие (по мнению изображающего) отношения к копируемойситуации или несущественные, терялся ряд признаков и давалась приблизительная(в пределах, допускающих опознание) передача контура.

Так как передать реально наблюдаемые непрерывно меняющиеся ситуации с помощьюстатических копий невозможно, непрерывный ряд ситуаций преобразуется в дискретныйпутем квантования на интервалы неравной абсолютной продолжительности. Принимается,что в течение определенного интервала ситуация остается неизменной и, такимобразом, может быть передана статической копией. При этом копируется все то,что остается неизменным на протяжении избранного материала, и устраняется всеменяющееся: это - пиктографическое изображение.

В пиктографической сцене ситуация передается с помощью изображений и в меньшейстепени условных (типа некоторых современных дорожных) знаков, расположенных,как правило, по масштабному принципу. При этом изображения предметов помещаютсяв соответствии с их действительным (или воображаемым) пространственным расположениемна определенном отрезке времени. В связи с этим предметы изображаются так, каких можно видеть из различных точек, т. е. для каждого предмета или его деталиможет быть своя точка наблюдения.

Пиктографические сообщения в виде групп сцен возникли в верхнем палеолитеи употреблялись у всех племен до появления государств. Для вспомогательных целейпиктография употребляется до сих пор.

В государствах, которые нуждались в разнообразных точных записях, возникланастоятельная потребность в графических сообщениях, фиксирующих словесные. Врезультате появилось письмо, передающее речь, т. е. являющееся вторичным кодомпо отношению к языку.

При изобретении письма можно было графически кодировать основные единицы языка,т.е. фонемы, морфемы, словоформы, предложения. В двух последних случаях потебовалосьбы настолько большое количество знаков, что реализовать их практически былобы невозможно. Древние изобретатели письма независимо друг от друга остановилисьна графическом кодировании морфем - наименьших смысловых единиц в языке. Приэтом можно было широко использовать в качестве материала пиктографические знаки,закрепляя за ними определенное чтение и значение.

Однако многие понятия изобразить было по меньшей мере затруднительно. Изобретателиписьма пользовались двумя приемами. Первый состоял в широком использовании омонимов,т. е. знаку придавался не первоначальный, а совсем другой смысл. Этот прием,в свою очередь, вызвал появление ключевых знаков (детерминативов), указывающихсмысл. Таким образом, морфема стала передаваться знаком, указывающим чтение(но не смысл), и детерминативом, указывающим смысл, но не имеющим чтения. Второйприем состоял в использовании знаков, передающих самые короткие по фонетическомусоставу морфемы, для передачи частей других морфем. При этом, естественно, такжемогли употребляться детерминативы, проясняющие смысл.

Другая трудность состояла в передаче служебных морфем, изобразить которыебыло невозможно. В этом случае также использовались знаки, фактически ставшиефонетическими. Появление последних дало возможность уточнять чтение с помощьюзвуковых подтверждений, обычно передающих начало чтения знака.

Таким образом, в ранних системах письма (иероглифических) стали употреблятьсятри вида знаков: имеющие только чтение (фонетические), имеющие чтение и смысл(обычно называемые идеограммами), имеющие только смысл (детерминативы).

В некоторых ранних вариантах иероглифики (андское, рапануйское, протошумерскоеписьмо) широко употреблялось аббревиатурное написание, при котором фиксировалисьв основном знаменательные корневые морфемы, составляющие смысловой костяк предложения,а служебные морфемы не указывались. Так как в контексте знаки корней фактическипередавали словоформы, они получили название логограмм.

В дальнейшем иероглифическое письмо (сохранившееся в Китае и Японии), слишкомгромоздкое по количеству знаков и орфографии, сменилось чисто фонетическим внескольких разновидностях соответственно характеру языков (слоговое, фонемное,консонантное). Появились даже инфрафонемные алфавиты, в которых одной фонемесоответствовала группа знаков (огамическое и некоторые виды рунического письма).Как правило, в фонемных алфавитах единый принцип полностью не выдерживается;например, некоторые знаки передают две фонемы, и, наоборот, некоторые фонемыпередаются группами знаков.

Количество знаков в разных системах письма резко различается. В иероглифическом(морфемно-силлабическом) оно доходит примерно до 400 синхронно употребляемыхзнаков, в силлабическом - до 100, в фонемном - до 40, в инфрафонемном - до 10.По количеству употребляемых знаков можно судить о характере письма, для чего,однако, требуется обширный текст, в котором представлена основная часть знаков.

При наличии только короткого текста о характере письма можно судить по убываниюпоявления новых знаков, наиболее медленному в иероглифической записи. Естественно,чем меньше знаков в письме, тем длиннее цепочка знаков, передающих слова; однаков иероглифике цепочки могут удлиняться за счет добавления детерминативов и звуковыхподтверждений, т. е. в зависимости от правил орфографии.

Были найдены записи, сделанные полностью забытым письмом на неизвестном языке,в связи с чем возник вопрос об из изучении и по возможности дешифровке.

Термин "дешифровка" понимается весьма различно и требует уточнения.Прежде всего следует отметить, что дешифровка исторических систем письма и дешифровкасекретных шифров не имеют почти ничего общего. В древних текстах знаки стоятв обычном порядке, но чтение их забыто; в шифрованных записях известные знакизаменены другими и порядок их смешан. В первом случае язык либо неизвестен,либо сильно изменился, во втором - известен.

Под дешифровкой в узком смысле следует понимать установление чтения забытыхзнаков. Однако чтение текста отнюдь не означает его понимания, так как языкмог полностью исчезнуть или же сохраниться в виде языков-потомков, отличающихсяпо грамматике и лексике. Некоторые древние тексты (например, этрусские) написаныизвестным письмом, но на вымершим языке. Таким образом, наряду с дешифровкойписьма необходимо изучение языка неизвестных текстов. Наконец, если достаточноизвестны и чтение знаков, и язык, необходимо дать чтение, перевод и интерпретациюкаждого конкретного текста со всеми его особенностями, что, собственно, относитсяуже к области филологии, но часто называется дешифровкой текста.

Чтобы прочесть текст, необходимо знание данного кода (т. е. чтения знакови правил их употребления) и знание языка, на котором написан текст. Предполагается,что текст, подлежащий дешифровке, является записью человеческой речи. Человеческиеязыки сильно изменились с течением времени, но во всех языках всех времен используютсясходные способы передачи информации. Кроме того, предполагается, что подлежащийдешифровке текст не зашифрован умышленно. При наличии умышленной зашифровкинеобходимо предварительно восстановить нормальный порядок знаков, а затем ужевести дальнейшие исследования.

При дешифровке неизвестных текстов основным и решающим источником информацииявляются сами тексты. Однако о любом тексте всегда имеется дополнительная информация,которую можно использовать для целей дешифровки. Так, сведения о времени, ккоторому относятся тексты, дают возможность ограничить круг поисков лингвистическихи графических аналогий и определить хронологический разрыв между изучаемым языкоми языком-потомком. Сведения о месте находки и объекте, на котором начертан текст,могут дать указания о его содержании. Иногда тексты сопровождаются изображениями,которые могут оказаться важным источником дополнительной информации.

Неизвестный текст может сопровождаться параллельным известным текстом. Последнийможет оказаться либо независимым текстом на ту же тему (псевдобилингва), либопереводом неизвестного текста (билингва). Значение билингвы для дешифроки труднопереоценить. Дешифровщик как бы получает специально подготовленное учебное пособие(как известно, такие пособия - параллельное издание иностранного текста и перевода- широко используются и при изучении иностранных языков). Однако отсутствиебилингв вовсе не означает невозможности дешифровки.

Изучение текста требует его формализации. Прежде всего текст должен быть транскрибированстандартными знаками. В качестве последних могут быть использованы стандартизированныезнаки изучаемого письма, а также (для удобства обработки и публикации) общепринятыезнаки (цифры, буквы). Эта работа требует не только большой точности, но и приобретенияспециальных навыков - овладения данным шрифтом и индивидуальным почерком. Составлениетранскрипции предусматривает опознание всех вариаций написания, а также полустертыхи искаженных графем, восстановление утраченных мест, обнаружение ошибок и внесениеконъектур. Эта работа обычно не бывает закончена к моменту дешифровки и продолжаетсяпо ходу дешифровки и после нее. Ошибки при опознании графем представляют значительнуюопасность, так как исправление их затруднительно.

По ходу составления унифицированной транскрипции возникает необходимость всоставлении каталога графем (т. е. знаков и их аллографов). Составление каталогадает возможность начать планомерную работу по выявлению аллографов, выделитьособые группы знаков (например, цифры) и "модель порождения" знаков,развернуть работу по сопоставлению изучаемого алфавита с известными, а иногдаи по опознанию изображаемых знаками предметов, что может дать важную дополнительнуюинформацию.

При формальном изучении текстов исследователь временно игнорирует всю дополнительнуюинформацию, сосредоточиваясь исключительно на той, которую несут сами тексты.Дополнительная информация оказывается необходимой на более поздних этапах изучениятекстов.

Для удобства исследования текст целесообразно рассматривать как ряд морфем,расположенных в последовательности, свойственной данному языку. Общее количествоморфем в любом языке не зависит от количества фонем и не превышает синхронно1500. Стабильность количества морфем определяется свойствами человеческого мозга.Превышение критического количества создает трудности для запоминания (оперативнойпамяти). В свою очередь, значительное уменьшение числа морфем повлечет за собойудлинение словоформ и создаст трудности для их распознавания (т. е. для восприятияустной речи). Возможное число сочетаний фонем резко ограничено законами образованияморфем в данном языке (фиксированные ограничения). Морфема - наименьшая семантическаяединица языка, и поэтому она обычно является предельным референтом знака письма.Каждая группа тождественных морфем характеризуется позициями этих морфем в ряду(адресами) и частотой.

Все морфемы можно подразделить на корневые и служебные. Такое подразделениеимеет относительный характер, так как в ряде случаев корневые морфемы могутупотребляться в качестве служебных. Однако данная морфема, занимающая конкретнуюпозицию в ряду, является альтернативно либо корневой, либо служебной.

С помощью служебных морфем образуются словоформы и осуществляется связь междусловами в предложении. Количество морфем в словоформе обычно практически непревышает пяти. Общее количество служебных моорфем, естественно, значительноменьше, чем количество корневых. Так как одна и та же служебная морфема соединяетсяс различными корневыми морфемами, частота наиболее употребительных служебныхморфем должна намного превышать частоту корневых морфем. Однако в специфическихтекстах (где часто повторяются некоторые слова) рекордную частоту могут иметьи корневые морфемы. Чтобы избежать влияния специфики текста, целесообразно учитыватьпомимо абсолютной частоты также относительную, исключая повторяющиеся блоки.При этом рекордные по абсолютной частоте корневые морфемы займут соответствующееместо независимо от специфики текста.

Ряд морфем, составляющих текст, может быть разделен на отдельные цепочки,соответствующие морфемам, словоформам и предложениям данного языка. Для целейдешифровки имеет смысл разделить текст на цепочки, соответствующие словоформам.

Общепринятой формой изучения языка является составление словарей и грамматик.Сведения по лексике сосредоточиваются именно в словарях. Поэтому при изученииязыка неизвестного текста также целесообразно иметь упорядоченный набор цепочек,представляющих лексику данного языка.

В словоформах служебные морфемы располагаются обычно в начале и конце, а внекоторых языках и в середине слова (внутренняя флексия). При разбивке текстана цепочки практически целесообразно включать в состав словоформы не толькокорневые, словообразующие и словоизменяющие морфемы, но также и все остальныеслужебные морфемы (например, предлоги и послелоги, частицы, союзы). Дело в том,что дешифровщик, ставящий задачу не допускать присоединения к словоформе служебныхморфем (выделяемых в грамматиках в качестве самостоятельных частей речи), должениметь критерии, позволяющие отделить словообразующие и словоизменяющие морфемыот остальных служебных морфем. Такие критерии вообще дать очень трудно, а доначала исследования текста просто невозможно. Наоборот, именно изучение текстаможет дать основания для классификации служебных морфем. Однако если даже иудалось бы отделить словообразующие и словоизменяющие морфемы от остальных служебных,то изучение последних от этого только затруднилось бы. В самом деле, грамматическиефункции служебных морфем можно определить, только изучая их сочетания со знаменательнымисловами, а в этом случае служебные морфемы оказались бы от них изолированными.

Иногда к словоформе приходится присоединять и определение. Это целесообразнов тех случаях, когда определение выражено неизменяемыми словами, лишенными своихслужебных морфем и именно поэтому практически неотличимы от них в неизвестныхтекстах.

Таким образом, неизвестный текст целесообразно разделить на отдельные цепочки,в целом соответствующие словоформам, к которым присоединены также служебныеморфемы непосредственного окружения и неизменяемое определение. Такие цепочкиполучили название блоков.

Технически разделение текста на блоки может вестись следующим образом.

Регистрируются все цепочки, повторяющиеся в тексте дважды и чаще. Такие цепочкимогут соответствовать словоформе (если она встретилась более одного раза), основесловоформы (если ненулевой словоизменяющий показатель встретился один раз),корню словоформы (если ненулевые словообразующий и словоизменяющий показателивстретились один раз), сочетанию части одной словоформы с частью другой (случайноповторенному не менее двух раз), сочетанию двух или нескольких словоформ (повторенномуне менее двух раз).

Ориентируясь на расчетную длину блока и на практическую длину, полученнуюв результате выделения блоков, легко устранить слишком длинные повторяющиесяцепочки, сильно превышающие среднюю длину блока.

Все зарегистрированные цепочки упорядочиваются в порядке убывания частоты.Кроме этого их целесообразно упорядочить по составляющим знакам на основе принятогокаталога (например, в порядке нарастания номеров знаков при числовой транскрипции).Упорядоченный набор зарегистрированных цепочек может рассматриваться как исходныйматериал для составления словаря блоков.

Многие тексты имеют уже в оригинале разделение на цепочки знаков. Такие цепочкиво всех текстах, имеющих разбивку, соответствуют, как правило, словоформам,к которым могут присоединяться различные служебные морфемы и неизменяемое определение.

Ближайшей задачей после установления последовательности знаков в ряду и составлениястандартной транскрипции является изучение состава блоков с целью выяснить морфологиюизучаемого языка.

Состав блоков целесообразнее всего изучать с помощью словарей, построенныхв порядке возрастания номеров знаков. Эти словари могут быть упорядочены попервому знаку (прямой словарь), по последнему знаку (обратный словарь) и повнутренним знакам (глубинные словари). Прямой и обратный словари необходимыво всех случаях. Необходимость составления глубинных словарей определяется спецификойданного языка.

Комбинируя данные прямого и обратного словарей, можно легко получить набормикропарадигм (грамматических показателей, употребляемых с данными корнями),а затем свести их в парадигмы.

Имеется некоторая опасность спутать знаки, входящие в состав устойчивой (корневой)группы блоков, с переменными, передающими грамматические показатели. Однакоесли сомнительные знаки действительно входят в состав устойчивой группы, тоони не должны встречаться в качестве переменных перед другими заведомо устойчивымигруппами и не должны заменяться заведомо переменными знаками.

Выделение переменных знаков (инициальных и финальных) дает возможность исключитьиз словаря блоков многие случайные цепочки (случайно повторенные сочетания концаодной словоформы и начала другой), а также приступить к расчленению на блокиоставшихся нерасчлененными частей текста.

Характеристика блоков должна включать также сведения о позициях, которые онимогут занимать в предложениях. Как известно, во многих случаях связь между словамиобеспечивается только порядком слов, без морфологических показателей. Учет позицииблоков особенно важен для языков, которым свойствен твердый порядок слов. Впрочем,и в тех языках, синтаксис которых не требует твердого порядка слов, обычно имеетсяпредпочтительный порядок (зависящий от литературного стиля).

Определение порядка слов значительно облегчает установление функций грамматическихпоказателей. Появляется возможность расположить последние в синтаксическом порядке("синтаксическая сетка") и дать их классификацию (например, выделитьсловообразующие, словоизменяющие и иные служебные морфемы).

С другой стороны, определение порядка слов дает возможность развернуть классификациюблоков по частям речи (условным или фактическим) или по иным группам, удобнымдля изучаемого материала.

Выявление служебных морфем и их функций открывает возможность развернуть сопоставлениеизучаемого языка с известными языками. Первой задачей является отыскание ближайшегоязыка-потомка (или группы таких языков). При установлении генетического родстварешающую роль играет, конечно, общая характеристика морфологии и синтаксиса.Для детального сопоставления грамматических показателей необходимо подвергнутьтексты на языке-потомке такой же обработке, какой подвергались древние тексты.Кроме того, в зависимости от величины хронологического разрыва между изучаемымязыком и языком-потомком в последнем должны быть восстановлены старые грамматическиеформы методами внутренней реконструкции и сравнительно-историческими (эта работаможет быть выполнена только профессиональными лингвистами). Сопоставление служебныхморфем изучаемого языка и языка-потомка дает возможность приписать соответствующимзнакам условное чтение (которое не следует смешивать с фактическим чтением).

Изучение морфологии и синтаксиса и классификация блоков дают возможность развернутьизучение лексики неизвестных текстов. При переходе к фонетическому чтению решающуюроль могут сыграть условные чтения знаков, установленные при сопоставлении грамматическихпоказателей изучаемого языка и языка-потомка. Однако фонетическое чтение словво многих случаях не дает возможности определить их смысл. Для успешного изучениянеизвестной лексики необходимы специальные морфемные словари языка-потомка идетальное изучение фонетических изменений. Кроме того, даже в тех случаях, когдаперевод вполне возможен, текст остается непонятным по причине полной невразумительности.Для того чтобы придать древним текстам смысл, кроме грамматического переводанеобходим широкий и всесторонний комментарий. Составление такого комментированногоперевода уже выходит за рамки формального изучения текстов и, несомненно, требуетпривлечения всей возможной дополнительной информации.

Яндекс.Директ

Лингвотек – гарантия качественного перевода

> Письменность майя. Общая характеристика